Базовой единицой нашей работы является история. Новость, молния, версия, анонс, репортаж, интервью - это все разное оформление истории.
Историю как фундамент журналистики имеет в виду Сергей Максимишин, говоря, что журналистика - это когда один человек рассказывает другому человеку, как живет третий человек.
История - это то, что очень хочется рассказать, причем вслух. Если вам не хочется рассказать историю вслух, то вряд ли ее захочется читать.
Таким образом, задача-минимум для журналиста - отличить историю от не-истории.
История состоит из факта и объяснения, почему это интересно.
Факт + объяснение = лид.
Если факт достоверен, то это информационная журналистика. Если факт не шибко достоверен или даже совсем не достоверен, то это «желтая» журналистика.
«На «по-моему» кончается журналистика» (c). Если объяснение, почему это интересно, подменяется личной оценкой, то это публицистика.
«Интеллигентность - признак несостоятельности репортера» (c).
«Вот ты сейчас хотела быть вежливой девочкой», - прокомментировал Олег Иванович особо обтекаемый пассаж из сделанной Е.М. новости.
Нас учили писать большие тексты о том, что нас впрямую не касается, в школе и университете. Сочинение в первом классе, реферат в средней школе, курсовая в университете, диплом - все эти сложные тексты создаются в расчете на то, чтобы понравиться учителю.
Тут, догадываюсь, не худо бы вставить пассаж про вредное советское наследство, зомбирующее школьников и ограничивающее креативность молодежи. Но этого пассажа не будет. Вред не в том, что школьник вкалывает на оценку вместо самовыражения (почему это не вредно, см. психологический словарь «сдвиг мотива на цель»). Беда гуманитариев в том, что оценка выставляется на основе личных предпочтений учителя, а не критериев, по которым в обществе существует консенсус.
Так что когда мы сели в классе за первую новость, то стали писать кто на что горазд - рефераты, сочинения, эссе, курсовые - вместо историй.
Историю как фундамент журналистики имеет в виду Сергей Максимишин, говоря, что журналистика - это когда один человек рассказывает другому человеку, как живет третий человек.
История - это то, что очень хочется рассказать, причем вслух. Если вам не хочется рассказать историю вслух, то вряд ли ее захочется читать.
Таким образом, задача-минимум для журналиста - отличить историю от не-истории.
История состоит из факта и объяснения, почему это интересно.
Факт + объяснение = лид.
Если факт достоверен, то это информационная журналистика. Если факт не шибко достоверен или даже совсем не достоверен, то это «желтая» журналистика.
«На «по-моему» кончается журналистика» (c). Если объяснение, почему это интересно, подменяется личной оценкой, то это публицистика.
«Интеллигентность - признак несостоятельности репортера» (c).
«Вот ты сейчас хотела быть вежливой девочкой», - прокомментировал Олег Иванович особо обтекаемый пассаж из сделанной Е.М. новости.
Нас учили писать большие тексты о том, что нас впрямую не касается, в школе и университете. Сочинение в первом классе, реферат в средней школе, курсовая в университете, диплом - все эти сложные тексты создаются в расчете на то, чтобы понравиться учителю.
Тут, догадываюсь, не худо бы вставить пассаж про вредное советское наследство, зомбирующее школьников и ограничивающее креативность молодежи. Но этого пассажа не будет. Вред не в том, что школьник вкалывает на оценку вместо самовыражения (почему это не вредно, см. психологический словарь «сдвиг мотива на цель»). Беда гуманитариев в том, что оценка выставляется на основе личных предпочтений учителя, а не критериев, по которым в обществе существует консенсус.
Так что когда мы сели в классе за первую новость, то стали писать кто на что горазд - рефераты, сочинения, эссе, курсовые - вместо историй.
Комментариев нет:
Отправить комментарий